Раскрыты причины формирования конспирологического мышления, пишет издание Applied Cognitive Psychology. Сообщается, что их удалось выяснить по итогам опроса 253 людей из разных стран.
Исследователи решили обсудить с ними идею сокрытия правды: респондентов спрашивали, считают ли они, что политики скрывают от широких масс истинные мотивы своих решений, а государственные органы внимательно следят за гражданами. При этом учитывали возраст, пол собеседников, а также их религиозные убеждения и общие черты характера — например, способность адаптироваться к меняющимся обстоятельствам, конкурентоспособность.
Как установили ученые, теории заговора чаще всего поддерживают те, в ком присутствуют некоторые особые черты. Одна из них — отсутствие терпимости к неопределенностям. Эти люди болезненно воспринимают любую ситуацию, которая не является предельно ясной, испытывают из-за нее тревогу и раздражение. Как раз теория заговора для них становится решением этой проблемы: она предлагает простое объяснение происходящему и дает чувство уверенности.
Вторая особенность сторонников конспирологических теорий — обостренное «чувство справедливости». Они склонны считать, что вся окружающая действительность незаслуженно жестока по отношению к ним, что все в мире так или иначе действует против них.
Такой настрой неизбежно требует построения образа невидимого врага, который служит единственным препятствием на пути к лучшей жизни. На роль такого врага идеально подходят воображаемые «кукловоды», которые держат в своей власти весь мир и своим «тайным заговором» мешают людям жить счастливо. Людям подобного склада легче думать так, чем примириться с многосложностью и хаотичностью мироустройства.
Кроме того, поддержка конспирологических версий оказалась отчасти связана с религиозностью: более верующие люди продемонстрировали к теориям заговора повышенный интерес. Стоит отметить, что при всем этом большинство участников опроса были людьми с высоким уровнем образования.
Ранее социологи также обнаружили, что теории заговора привлекают людей ощущением общности со своими единомышленниками.
