Социолог Сара Перлстайн решила всерьез разобраться, как эти бытовые беседы о риске — она называет их «risk talk» — влияют на наше поведение и отношение к опасности.
Традиционно под «разговорами о рисках» принято понимать сообщения в официальных каналах коммуникации: рекомендации Минздрава, плакаты о необходимости вакцинации, предупреждения на пачках сигарет. Когда Перлстайн начала разбирать научную литературу, ее поразило, насколько мало в этом аспекте уделяется внимания тому, что на самом деле постоянно происходит на кухнях, в чатах и на прогулках: неформальным разговорам между близкими людьми. А ведь именно с помощью такого общения мы часто принимаем повседневные решения.
Исследование показало любопытный, но довольно закономерный нюанс: чем менее социально приемлемым считается риск, тем охотнее люди готовы его обсуждать и «раскладывать по полочкам». Алкоголь, к примеру, в большинстве обществ воспринимается как нормальная часть жизни, и о его рисках говорят гораздо реже и поверхностнее, чем о курении, которое все чаще осуждается. Аналогично, и употребление в пищу сырых яиц вызывает куда больше разговоров о возможном заражении сальмонеллой, чем суши — хотя это тоже сырой продукт, в котором могут быть паразиты, более того, реальный риск от яйца, по современным данным, невелик.
Похожий эффект Перлстайн увидела на примере спорта: риск лазания по скалам окружающие склонны обсуждать подробно и критически, тогда как катание на лыжах воспринимается в обществе более «нормально», и разговоров о безопасности такого досуга там заметно меньше, хотя травмы на склонах — не редкость.
Оказалось и то, что сами по себе такие беседы редко сводятся к обмену фактами. В них почти нет «сухой информации» — куда важнее эмоциональная и социальная функция таких разговоров. Когда кто-то простужен, советы звучат расплывчато: «помой руки», «надень маску», «останься дома». Но стоит заговорить о рисках, связанных с образом жизни — употреблением в пищу сладостей и диабетом, курением и раком, активным отдыхом и травмами — тон меняется. В ход идут конкретные предложения помощи, поддержка, выражение тревоги или раздражения.
По сути, «risk talk» — это способ не только оценить вероятность неблагоприятного исхода того или иного поступка, но и возможность улучшить отношения: показать свою заботу, выразить страх, договориться о взаимной ответственности. При этом эмоциональная роль бытовых разговоров о рисках почти не была описана в научной литературе.
Выводы работы Перлстайн важны для тех, кто занимается созданием официальных сообщений о возможных рисках — от врачей до госструктур. Сообщения с сухими фактами и скучные плакаты на стенах далеко не всегда вплетаются в живую ткань повседневной жизни — чаще их просто игнорируют. Однако люди обсуждают опасности между собой, и именно эти неформальные разговоры часто определяют, сделают ли они прививку или бросят курить. Понимание того, как устроен «risk talk», помогает увидеть: эффективный разговор о рисках — это не только передача знаний, но и осмысленное взаимодействие, которое на практике учит нас справляться с опасностями.
Ранее ученые доказали, что удачу можно натренировать.
