Мозг хранит тяжелые воспоминания неодинаково у разных людей, и причина оказалась в физической проводке между его отделами. Команда ученых обнаружила: плотность и упорядоченность нервных волокон в двух конкретных трактах напрямую связаны с тем, как именно человек переживает воспоминания из прошлого.
В исследовании участвовали 114 взрослых, переживших травматическое событие. У большинства уже был диагностирован ПТСР, и все они регулярно сталкивались с внезапными тяжелыми воспоминаниями. Вместо стандартного опроса в клинике ученые выбрали метод экологической моментальной оценки — приложение несколько раз в день спрашивало участников, случилось ли с ними непрошеное воспоминание с последнего сигнала. Если да, человек тут же оценивал яркость картинки, силу эмоций, степень навязчивости и то, насколько сильно он ощущал себя буквально в прошлом.
После двух недель такого мониторинга каждому сделали МРТ — снимок, который показывает движение молекул воды вдоль нервных волокон и позволяет оценить, насколько плотно и организованно они уложены. Этот показатель называется фракционной анизотропией, и чем он выше, тем лучше сигнал проходит по конкретному маршруту.
Ученых интересовали два пути, соединяющие гиппокамп (центр памяти) с задними отделами коры. Первый, парагиппокампальный отдел поясного пучка, ведет к зонам, отвечающим за мысленные образы и внутреннее ощущение себя. Второй, нижний продольный пучок, соединяет память напрямую со зрительной корой.
Результат разделился четко. Слабая структурная целостность первого пути совпадала с более частыми и внезапными вторжениями воспоминаний — то есть с тем, насколько неконтролируемо всплывает прошлое. Второй путь работал иначе: его нарушение было связано не с частотой вспышек, а с силой ощущения, будто событие происходит прямо сейчас, а не осталось позади.
Логика такая: первый тракт участвует в подавлении лишних мыслей и распределении внимания, поэтому его ослабление снижает способность мозга отфильтровывать непрошеные картины. Второй тракт сшивает зрительный поток с эмоциональной оценкой, и когда эта связь разболтана, мозг хуже отличает реальную картинку перед глазами от внутреннего образа — отсюда чувство, будто травма повторяется наяву.
Чтобы исключить случайность, авторы проверили контрольный путь в лобной доле — там никакой связи с симптомами не нашлось, что подтвердило точечный характер находки.
Пока неясно, что первично: слабые волокна изначально делают человека уязвимым к тяжелым воспоминаниям, или, наоборот, постоянное прокручивание травмы со временем меняет структуру мозга, как протоптанная тропа меняет ландшафт.
Если разные симптомы ПТСР действительно опираются на разные физические маршруты, терапию в перспективе можно будет подбирать точечно — под конкретный тип нарушенной связи, а не лечить расстройство одной универсальной схемой.
Также недавно стало известно, что ожирение повышает вероятность безработицы. Подробности в статье.